September 12th, 2014

Россия и угроза нереальности


или Как Владимир Путин революционизирует информационную войну.

Питер Померанцев, "The Atlantic ", США

Выступая на прошлой неделе на саммите НАТО в Уэльсе, главнокомандующий войсками НАТО в Европе генерал Филип Бридлав (Philip Breedlove) сделал смелое заявление. Россия, заявил он, проводит «поразительный блицкриг информационной войны, какого мы не видели за всю историю».
Но это было что-то вроде недооценки. Новая Россия занимается не просто мелкой дезинформацией, подделками, ложью, утечками и кибернетическими диверсиями, которые являются обычными средствами информационной войны. Она изобретает действительность, создавая массовые галлюцинации, которые затем превращаются в политические действия. Возьмем Новороссию. Такое название Владимир Путин дал огромной территории на юго-востоке Украины, которую он планирует аннексировать, а может, и нет. Название это взято из царской истории, но тогда оно обозначало иное географическое пространство. Ни один человек, живущий сегодня в этой части мира, еще несколько месяцев назад даже не думал о том, что он житель Новороссии, и не испытывал никакой преданности этой территории. Но сейчас Новороссию силой воображения превратили в факт. Российские средства массовой информации показывают ее «географические» карты, а пользующиеся поддержкой Кремля политики вписывают ее «историю» в школьные учебники. У Новороссии есть флаг и даже информационное агентство (на русском и английском языке), есть несколько новостных лент в «Твиттере». Это что-то похожее на фантазии Борхеса — если не считать очень реальные потери на войне, которая ведется во имя Новороссии.
Изобретение Новороссии — это признак глобализации внутрироссийской системы манипулирования информацией. Имидж сегодняшней России формируют политтехнологи — визири системы, которые, подобно современным волшебникам, показывают фокусы с созданием марионеточных политических партий и симулякров гражданских движений, чтобы отвлечь народ, пока путинская клика консолидирует свою власть. В системе воззрений таких политтехнологов информация предваряет сущность. «Я помню, как создавал идею „путинского большинства“, и даже опомниться не успел, как оно появилось в реальной жизни, — рассказал мне недавно политтехнолог Глеб Павловский, который работал в предвыборных штабах Путина, но потом покинул Кремль. — Или идею о том, что „альтернативы Путину не существует“. Это наше изобретение. И вдруг альтернативы действительно не стало».
«Если прежние авторитарные режимы на три четверти состояли из насилия и на одну четверть из пропаганды, — утверждает преподаватель журналистики из Московского государственного института международных отношений Игорь Яковенко, — то этот практически полностью состоит из пропаганды и из очень небольшого количества насилия. Путину достаточно произвести всего несколько арестов — а затем усилить сигнал через телевидение, которое находится под его тотальным контролем».
Аналогичную динамику мы наблюдали в действии на международной арене в последние дни августа, когда российское военное вторжение на территорию Украины, которое было весьма незначительным, раздули до чудовищных размеров и сделали чем-то исключительно опасным и ужасным. Путин заговорил о необходимости провести переговоры о государственности юго-востока Украины (в тональности, которая показалась преднамеренно двусмысленной), ошеломив НАТО и запугав Киев до такой степени, что он согласился на прекращение огня. Термин «Новороссия» снова появился в высказываниях Путина, создав ощущение того, что крупные территории готовы выйти из состава Украины, хотя в действительности сепаратисты удерживают лишь крохотную полоску земли. (Есть и другой, более ранний пример таких геополитических трюков. Давайте вспомним президентство Дмитрия Медведева с 2008 по 2012 год, когда фиктивный российский руководитель внушил американцам веру в возможность того, что Россия повернется лицом к Западу, и дал Кремлю достаточный запас времени для укрепления власти внутри страны и своих позиций за рубежом.)
***
Collapse )

Могу только добавить то, что говорил уже не раз: все эти игры, при своей глобальности, носят весьма ограниченный характер. В том смысле, что играет в них очень небольшое количество людей. Чтобы не говорили американские политологи и журналисты, страшный и непредсказуемый Путин - это имиджевая картинка, персонаж игры, со своими конкретными целями и задачами. Такой же, как Обама, Меркель и прочие псаки. Естественно, каждый персонаж наделён собственными характеристиками, они отличаются по функционалу и параметрам, есть посильнее, есть послабее. Но гораздо важнее то обстоятельство, что обычные, простые люди, составляющие народы мира - рассматриваются и вовсе как "боты", или как некий ресурс, типа золота или хлеба - ресурс, который можно завоёвывать, контролировать, расходовать.И пока не будет реального народовластия - людям будет уготована роль стада, существующего только для того, чтобы его стричь. А серьезные дяди будут соревноваться в способностях это стадо приручать, изобретая всё новые способы стрижки.