October 22nd, 2014

Страх и что-то хуже

В последнее время стало модно сравнивать Путина со Сталиным. Причём эти сравнения приводит и либеральная оппозиция (со смесью страха и отвращения), и провластные охранители (со смесью почитания и надежды). Даже сам Путин, кажется, смотрит на подобное с лёгкой сталинской усмешкой, никак не препятствуя тренду.
Насколько уместны подобные сравнения? Насколько был диктатором Сталин и насколько является (или готов стать) им Путин? Ответить на этот вопрос невозможно без анализа состояния общества - ведь давно известно, что лидер зависит от управляемой им общности не меньше, чем эта общность от него. И если лидер пытается утвердить некие ценности/постулаты/цели, которые не близки возглавляемой им общности, то лидером он очень скоро быть перестаёт. Приходится признать, что вождь нации, находящийся у руля продолжительное время, действительно выражает чаяния подавляющего большинства населения - и это, в равной степени, относится и к Гитлеру, и к Сталину, и к Де Голлю, и к Путину, и к Ким Ир Сену, вне зависимости от оценки их исторической роли.
Народная любовь, однако, изменчива: со школьных лет мне помнится стихотворение Бехера «Где была Германия?». Да и двадцатый съезд в этом отношении весьма показателен. Однако всё это вовсе не отменяет очевидного факта подавляющей поддержки народом своих вождей. В чём причина этой поддержки?
Либеральные историки и политологи объясняют всё страхом, атмосферой всеобщего террора. Однако фактически остаётся за скобками вопрос, кем и как эта атмосфера создаётся? Да и есть ли она в реальности?